Невозможно жить и с ними, ни без них. Байрон.
Глава первая
1
Музыка шла откуда-то извне. Проходила сквозь все препятствия, забиралась под одеяло и, наконец, доходила до головы.
Тихо. Ни движения. Только солнечные лучи, чуть преломляясь, входили сквозь жалюзи и стелились на кровати. Дверь в комнату. Массивная, дубовая. Словно ничто не может проникнуть сквозь нее. Закрыта. Золотая ручка, замок повернут.
Пахло хвоей. Однажды я принес домой несколько веток, оставил под столом, что примыкал к основному осиновому столику, на котором располагался компьютер.
Компьютер. Старый четвертый “Пентиум”. Включен. На столе стоит черный жидкокристаллический монитор.
В углу работает кондиционер.
На длинном примыкающем журнальном столе, под которым, вы успели заметить, лежит хвоя, стояла пепельница. Дорогая, мраморная пепельница. Чистая. Ближе к стене в стол я вмонтировал газовую конфорку. Рядом стояла турка и пакет с зернами кофе “Арабика”.
Avril исполняла “Complicated”, подавая голос из недорогих колонок J-S.
I like you the way you are
When we're drivin' in your car
And you're talkin' to me one on one
But you become
Somebody else 'round everyone else
Watchin' your back like you can't relax
You're tryin' to be cool, you look like a fool to me
Tell me
Я не спал, минуты две. Не проснулся. Но как испанский фрегат входит в гавань Эспаньолы, вплыл в сознание.
Запустил руку в волосы, помял лицо. Потянулся. Встал.
Открыл дверь, прошел в ванну.
Вернувшись в комнату, достал из ящика мобильный телефон. Убедился, что не было ни звонков, ни sms-сообщений. Выбрал режим звукового оповещения. Из ящика достал кофемолку.
Наполнил турку помолом и поставил на конфорку. Достал из-под стола бутыль родниковой воды и налил до середины.
Ящик закрыл, спрятав там все предметы, кроме телефона. Сварив кофе, я выключил огонь, достал белоснежную кружку, пачку “Corsar of the Queen Cherry”, зажигалку с пьезоэлементом, а также контейнер со сливками и сахарницу.
Только я, кофе и сигарилла. Если утром не выпить кофе и не покурить, лучше тогда и не просыпаться.
Музыка Moby, “Natural blues” наполнила комнату. Я вынул диск и поставил его в плеер, прикрепленный к брюкам.
Закончив традиционную утреннюю программу, оделся. Светлые джинсы, белая безрукавка, ярко-желтые очки. Выйдя в прихожую, причесал подсохшие волосы.
Сняв с холодильника кошелек, проверил содержимое. “Охуенный пацан”, можно было заметить надпись на портмоне.
Денег не было.
Я отправлялся на поиск работы. Летнее время. На двенадцать часов запланирована встреча. Не с работодателем. С человеком, который на него выведет.
2
Выйдя из подъезда, миновал двор и оказался на недавно проложенном дорожном полотне, ведущем к центру.
Я любил гулять пешком. С банкой холодного пива. За день проходил порядка 20 километров. Дойти до центра? Это был сущий пустяк.
Так или иначе, вскоре я уже шел по набережной. Повернув на "Стрелке", прошел еще немного и остановился у одной из скамеек.
«Привет» - сказала она, обхватила коленки руками, затащила ноги на лавку. Улыбнулась.
Она была просто ангел. Милый овал лица. Светлые волосы, заплетенные в косу. Цвет ее глаз, казалось, время от времени менялся от пепельно-зеленого к небесно-голубому.
На ней был топик, приоткрывавший живот. Джинсовая юбочка. Некое подобие кроссовок на высокой платформе. Они чуть светлее топика.
Я запыхался. Ходил быстро. Кивнул, и она улыбнулась в ответ. Посмотрела на реку. Летящих чаек. Казалось, первый раз видит это место.
Волга текла в размеренном динамично темпе. Здание Речного порта отражалось дальше.
Отдышался и посмотрел на нее. Она на меня. «Я знаю все твои планы, коварный развратник, но…». Поймал ее взгляд и отвернулся.
- Как делишки? - спросил я.
- Да ничего, потихоньку - сказала она, спустив ноги и облокотившись на руки.
- Я думаю, по чайку?
Она подтащила рюкзак.
Мы добрались до улицы Свободы, где и располагалась кофейня.
Вошли внутрь. Разместились за столиком. Мягкие, удобные диваны.
Служащая кофейни поднесла меню и мы сделали заказ.
После смеси зеленого чая, мы продолжили беседу.
- Ну… я поспрашивала насчет работы… Есть место… Как ты смотришь на то, чтобы поработать пару месяцев в новом клубе «Авиатор»?
- Как я могу на это смотреть? Положительно.
- Андрей - сказала она - тебе надо будет встретиться с хозяином. Завтра в три. Надень что-нибудь приличное. Возьми машину.
- Я думаю, мы тогда все решили?
Она хлопнула ресницами в знак согласия.
- Удачи - я встал, достал из портмоне сторублевую купюру. Положив ее на стол, покинул кафе в отличном настроении. За что мне была так симпатична эта девушка, так это за ее речь. Грамотное смысловое оформление и лаконичность. Редкая женщина может этим похвастаться.
3
На следующий день я припарковал свою черную «шестерку» у входа в клуб. На стоянке стоял большой черный «Hammer H2».
На входе я разминулся с молоденькой девушкой с огненно-рыжими волосами.
Прошел в главный зал.
Зал представлял собой круглое помещение. В центре была танцплощадка. Левее, у окон, крутил пластинки Диск Жокей. Что-то легкое, не припомню сейчас, что именно. По другую сторону стояли столики. Передо мной была барная стойка, за которой девушка с синими волосами в беленькой кофточке готовила коктейль.
Я двинулся к ней и спросил, у себя ли шеф. Она указала на лестницу, ведущую наверх, куда мне и пришлось пройти.
Кабинет начальника больше напоминал мою гостиную - большой диван из красной кожи, бар с выпивкой, зеленые шторки на окне, у которого стояла девушка и смотрела в зал.
Думаю, она видела меня, когда я двигался к кабинету.
Николай Васильевич Романов был на вид лет пятьдесят пять - шестьдесят. Он был похож на атлета, бросившего когда-то бодибилдинг. Взявшего себе за правило «Сало - сила, Спорт - могила». Я понимал таких людей, хотя у меня никогда не было проблем с фигурой. У него был пивной живот. Не живот от пива, но живот под пиво.
Он сидел в кресле с трубкой в руке и выпускал клубы дыма, которые тут же подхватывал и засасывал кондиционер.
- Добрый день - сказал я - у меня назначена с Вами встреча.
Она не оглянулась. Стояла в красной кофточке и черной юбке у окна.
Николай кивнул.
- У вас есть для меня предложение?
- Да, парень. У меня есть для тебя предложение - голос его был похож на голос короля и бандита одновременно - поскольку я понял, тебя послала Варя? - он погладил начинающую лысину и посмотрел на меня.
- Да, она сказала…
- Что у меня есть для тебя работа. Она рекомендовала мне тебя как хорошего водителя. Знаешь, я обычно и сам люблю повести, но сейчас, видишь ли, не те времена, не тот возраст, не тот статус.
- Вы уверены, что Вам подходит Hammer?
- А ты уверен, что это мой Hammer? - и он посмотрел на меня испытывающим взглядом.
Я молчал. Только присел на кресло напротив него и раскурил сигариллу.
Он усмехнулся.
- Ты прав, парень. А что не так с Hammer’ом?
- Да нет, все в порядке, я только не совсем уверен в выборе цвета - хотел я уйти от темы.
- Да брось ты, в чем проблема?
- Ну, дело в том, что Вы у меня никак не позиционируетесь с такой машиной.
- Правда? - удивился Романов - А с какой же я, по-твоему, по-зи-ционируюсь?
- Я думаю, Вам подошел бы Cadillac Eldorado, скажем, но не такой, как делают сейчас, а настоящий, раритетный американский рыдван.
- Хм… - он задумался, сделав три затяжки и выпустив густой дым - и я готов спорить, ты можешь достать.
- Не вопрос.
- Ладно, давай сейчас не об этом. Итак, я предлагаю тебе работу своего личного водителя, при этом готов обеспечить одной из комнат в нашем малибу. Трехразовое питание… хах, о чем это я, подходи, заказывай все, что душе угодно… И готов платить тебе на первое время триста долларов, если ты действительно хороший водитель.
Она стояла у окна…
- А сейчас, давай прокатимся.
4
Мы сели в машину. Я завел мотор. Исполинский двигатель взревел. Зверь, который всегда будет смотреть в сторону леса. Немного форсировав, я включил задний ход и вывел внедорожник на шоссе. Моментально вклинил первую передачу и сорвался в ускорение.
Мы миновали площадь Волкова и двинулись улочками к «ГорГазу». Как и предчувствовалось, на свертке к стадиону стоял "мусор". Изобразив наглый профессиональный оскал, он махнул «фалоимитатором для зебры», призывая остановиться.
Я притормозил. Опустил стекло.
- Дрыст, лейтенант Фомко - откозырял он - предъявите водительские права.
Достал ему пластиковую карточку-права. Тот долго всматривался. Почесал затылок неприличным предметом.
- Нарушаем…
- Не понял.
- Знак видели?
- Знак?
- Ну да, «Стоянка запрещена», а Вы остановились…
- Так…
Он оборвал меня наглым бескомпромиссным взглядом.
Передал ему полтинник, протянутый Романовым.
- Все доброго - купюра исчезла в кармане.
Поднял стекло. Двинулся вперед.
Мы форсировали набережную, когда Романов извлек из бардачка диск какой-то старой английской рок-группы и вставил его в CD-проигрыватель.
Незнакомая музыка. Где-то ее слышал, но она звучит по-новому.
- Андрей, отвези меня в «Европу».
Через пару минут мы остановились у комплекса. Он вышел, обошел машину. Постучал в окно. Я нажал на кнопку.
- Заберешь меня после полуночи. Доставишь в «Авиатор».
- О’кей, шеф.
Я включил первую передачу и поехал домой.
5
Дома меня встретила голодная кошка. Персидская. Трехцветная. Скажем так, рыже-бело-черная. Старая дева… И старая развратница. Я накормил ее и отправился в душ.
Вымыл голову. Побрился. Одел костюм. Обычную черную тройку и красный шелковый галстук. После направился на кухню. Где выпил пару чашек настоящего английского чая с бергамотом.
Выкурил одну из сигар, уложенных в стоящей неподалеку от стола хьюмдильоре.
Первую затяжку не зря считают самой вкусной. Френсис де Миоманрд писал, что настоящий философ должен бы придерживаться этого мнения. Но этой первой затяжке, доставляющей такое блаженство, предшествуют некоторые формальности: надо ведь прикурить.
Бывало, что мы устраивали с Варей посиделки у меня дома. Она готовила шикарный ужин. Я сервировал стол. Просто ели, разговаривали при свечах. Дальше не заходило. Обоих это устраивало.
Зажечь хорошую сигару - целый ритуал. Сначала отрезаешь кончик - специальной гильотинкой. Сигару не зажигают бензиновой зажигалкой. Только газовой. Но правильнее пользовать спичками, или свечей. У меня стояла одна на столе. Осталась после ужина.
Я сидел в клубах дыма и размышлял над событиями дня. «Николай Васильевич Романов» - произнес я вслух. «Да Вы - старик, не так прост, как пытаетесь показаться. Что-то с Вами не так. Вот только что? Почему Вы решили навестить «Европу», вместо того, чтобы поужинать в собственном заведении? Может, у Вас важная встреча? Не думаю… Не знаю почему, не думаю, что это так».
Я закрыл глаза и поплыл. Почему-то неизбежно потянуло в сон. Положил сигару в пепельницу. Не погасив.
Было такое ощущение, что я не спал. Просто дремал. Но, по всем показателем, спал. Решил отрыть глаза, подумав, что не прошло и пол часа. Однако часы показали четверть двенадцатого. Надо было выдвигаться.
Сигары вообще не гасят - она должна потухнуть сама. Потуши ее - и она отомстит зловонием, о котором про нее и не подумаешь.
Я привел себя в порядок и спустился к машине.
Ночь начиналась прекрасная. Какая-то волшебная, неземная атмосфера. Но было чувство, что чего-то не хватает. Чего-то далекого и близкого, только сделай усилие и получишь это. Но я не мог даже об этом подумать.
Я повесил на зеркало заднего вида новый освежитель, который прихватил из дома, завел машину и двинулся к «Европе».
Дороги были пусты, но у развлекательного центра скопилось машин пятнадцать. С трудом отыскав место, я припарковал «Hammer» и направился за Николаем.
Тот сидел за столиком, прикрыв поросячьи глазки. Он был ужасно пьян. Я потряс его за плечо, но он отреагировал недовольным мычанием и брежневским шевелением губами. Пришлось под руку доставить в машину.
По пути в клуб, он немного протрезвел и уставился на меня. Раскачивался.
- Который час, Андрей?
- Без четверти час, шеф.
Он кивнул и завис. Припарковав машину, я помог ему выбраться. Пошатывающейся походкой направился к дверям. Вошел внутрь. Пришлось проследовать за ним. Не говоря никому ни слова, он добрел до лестницы и скрылся на втором этаже.
Тут я заметил ее. Ту девушку, что стояла в его кабинете ко мне спиной и ни разу не повернулась.
Никогда не забуду эту девушку. Ее кожа имела тот белоснежный оттенок, как если бы она была вылеплена из снега. Волосы красного цвета свободно ниспадали на плечи. Огромные голубые глаза оставляли незабываемое впечатление - ни один мужчина не остался бы равнодушным, глянув в них. На мужчину они действовали, словно красный плащ матадора на быка.
Да, она была красива, но не стандартной красотой актрис Голливуда. Ее красота была сугубо индивидуальной, которая встречается раз на тысячу женщин. И она могла свести с ума любого мужчину.
В своем развороте к лестнице, она заметила меня, и, на мгновение замерла. Только на мгновение. Я успел ее хорошо разглядеть.
По взгляду, который она кинула на меня, я понял, что она провела последние годы явно не в монастыре.
Она сверкнула глазами. Глубокими, голубыми глазами, полными огня страсти. Поправила огненно-красные волосы. Повернулась и скрылась на втором этаже.
Я подошел к барной стойке и заказал «Восход Солнца». Девушка с раскрасневшимися глазами приготовила коктейль и передала его мне. Она была чем-то расстроена. Можно было предположить что угодно, но мне подумалось, что она выглядит так, словно у нее отобрали сумочку со всей зарплатой.
- Как Вас зовут?
- Меня? - сказала она - Меня - Аня.
- Очень приятно - я отхлебнул напиток и продолжил - А кто эта девушка?
- Это жена босса. Настоящая стерва.
Я глотнул коктейль и поставил бокал на столешницу.
- За что же вы ее так не любите?
- Понимаете… Она появилась тут недавно. Я не уверена, откуда она, но она быстро охмурила Романова. Старик просто сгорал по ней. Но, спустя несколько месяцев, после свадьбы он запил…
Я иногда присматриваю за ним, ухаживаю, когда ему совсем плохо… А она часто пристает ко мне, как будто я положила глаз на ее место. Мне его просто по-человечески жалко…
Я скорчил понимающую мину.
- Доброй ночи - сказал я, развернулся и вышел из помещения клуба.
Моя старушка была вымыта. Пусть и не новая, перебранная до болтика собственными руками и родная машина. Чистая.
Я сел за руль. Поставил в касетник альбом Avril. Перемотал пленку. Пустил двигательи прислушался. Нажал на «play».
I couldn't tell you why she felt that way,
She felt it everyday.
And I couldn't help her,
I just watched her make the same mistakes again.
What's wrong, what's wrong now?
Too many, too many problems.
Don't know where she belongs, where she belongs.
She wants to go home, but nobody's home.
It's where she lies, broken inside.
With no place to go, no place to go to dry her eyes.
Broken inside.
Open your eyes and look outside, find the reasons why.
You've been rejected, and now you can't find what you left behind.
Be strong, be strong now.
Too many, too many problems.
Don't know where she belongs, where she belongs.
She wants to go home, but nobody's home.
It's where she lies, broken inside.
With no place to go, no place to go to dry her eyes.
Broken inside.
Глава вторая
1
На следующий день я подъехал к клубу «Авиатор». Заглушил двигатель. Раскурил сигариллу. Не торопясь, я сидел в машине. До начала моего рабочего дня оставалось двадцать минут.
Недалеко от заведения стоял гараж. С одной стороны самый что ни на есть обыкновенный железный гараж. Но вот не был он похож на обычный дедовский. В котором сыновья обычно подержанный мопед или убитую «копейку». Он был ухоженный, покрашенный в свежую белую краску, перед ним была асфальтированная дорожка, которая вела на шоссе. По бокам стояли клумбы с розами. У одной из них была скамейка. Желтая городская скамейка.
Я положил окурок в пепельницу и вышел из машины. Запер ее и убрал ключи в карман.
Войдя в здание, я к своему удивлению обнаружил за стойкой жену босса. Она стояла и курила тоненькую сигаретку. Метнув на меня пламенный взгляд, скрылась за дверью, ведущей на кухню.
Я поднялся на второй этаж. Кабинет шефа был абсолютно пуст. Я присел на одно из мягких кресел, составляющих убранство помещения.
Достал из стоящей рядом хьюмдильоры сигару. Дорогую. Настоящую кубинскую сигару. Рядом стояла свежая свеча, и я поднес ее пламя к кончику сигары.
Я сидел и курил. Угнетая комнату клубами ароматного дыма сигары.
Тут в кабинет зашел Романов и подал мне руку.
- Привет, слушай, отвезешь меня в «Европу», а потом вернешься и поможешь Мишель по кухне, О’кей?
- Не вопрос, шеф - ответил я.
Я отвез босса до «Европы».
Он, уже явно подпитой походкой двинулся к входу, а я помчал “Hammer” к «Авиатору».
2
Мишель все так же скучала за барной стойкой. В это время у нас почти не было посетителей. Она попросила пройти меня на кухню. При этом впервые заговорила.
Я прошел куда мне сказали. Кухня была большой. Но, необходимости в ней я не видел. В основном наши посетители заказывали спиртное.
Итак, кухня была совершенно пуста. Я подошел к рабочему столу и стал к нему спиной. Зашла Мишель. Повернулась и закрыла дверь
Она была как всегда более чем сексапильна. Коротенькая черная кожаная юбочка. Сверху огненно-красный топик, поверх которого выпирали две соблазнительные «подушки». С такими можно не пристегиваться. Волосы были распущены. Глаза полны желания. Пухлые губки сердечком…
Она двигалась на меня и я почувствовал сильное возбуждение. Я был одет как всегда на работе: новый черный костюм, что приобрел на днях. То есть, брюки и пиджак поверх белой рубашке. Красный галстук. Черные кожаные итальянские ботинки со шнуровкой.
Мишель подошла вплотную. Я не знал, что и думать… Попятился, но она взяла меня за галстук и притянула к себе. Да и двигаться было... Сзади ведь был стол…
Тут, я признаюсь, был немного не в себе.
Тем временем она притянула меня еще ближе и поцеловала. Боже мой! Какие сладкие у нее были губы! Я чуть ответил, но только слегка.
Она смотрела мне прямо в глаза, в то время как ее рука скользнула вниз и расстегнула мне брюки. Они держались только на ремне и тут же свалились. Я освободился от них, а она стянула с меня и пиджак.
Я стал входить во вкус и потянулся к ее топику.
- Я сама - сказала она.
У нее не было лифчика. Она обхватила меня за шею и поцеловала. На этот раз по-французски, запустила мне язык, и найдя мой, начала с ним игру. Взяла мою руку, положила себе на грудь и прижала мою ладонь. Потом стала двигать ниже, пока не добралась до юбки, и, просунула мою руку себе между ног. Господи! Да она не носит нижнее белье!.. Моя рука начала нежную игру, а Мишель тем временем простонала.
Она была так распалена, что я и не заметил, как оказался без рубашки.
Мишель обхватила меня за талию и притянула на пол. Положив меня на лопатки, она села на меня и начала неистовую пляску. Так продолжалось минут пять, пока я не прижался к ней. Мы встали. Я посадил ее на стол. Она развела ноги и я вошел в нее. Мишель сильно прижала меня к себе и начала посапывать, в то время как я совершал ритмичные движения.
Спустя минут пять, ее тяжелое дыхание переросло в легкий стон. Она была ненасытна. Тем не менее, я довел ее до необходимого состояния и вскоре сам замедлил движения, а затем прекратил их, прижав ее к себе. Мы стояли так еще около минуты.
Я уже стал одеваться, а она никак не могла отойти. Потом встала. Оделась.
- Поднимись на второй этаж. Я скоро приду. Сказала она, поправила волосы и вышла.
3
Я сидел в кабинете шефа и курил. Вошла наконец Мишель. Довольная. Кошка, слопавшая миску сметаны. Она прошла и села на край кресла, что стояло напротив меня. Посмотрела мне в глаза.
- Что? - спросила она.
Я только развел руками - «ничего…»
Она достала из хьюмдильоры сигару, раскурила ее, выплюнув струю дыма на метр от себя.
- Этот старый хрыч… Меня от него просто тошнит.
- А чего тогда с ним живешь?
Она чуть дернула головой назад, словно говоря «А чего тут не понятного?»
- Как это чего? - сказала она - я его жена. Вот и живу.
- И что тебя не устраивает? У тебя все есть. У тебя есть машина, квартира, работа…
- Работа? Я не рождена для работы. Я бы посмотрела на тебя, имей ты секс пару раз в неделю в одной и той же позе… - она виновато опустила голову.
- Но ты же вышла за него. Значит…
Она послала на меня гневный взгляд и я замолчал.
- Ладно, увидимся завтра. Привези эту пьяную скотину.
- Почему он пьет?
Ответа не последовало.
- Ты по-прежнему любишь его?
Я заметил что она вздрогнула.
- Люблю? Об этом не может быть и речи! Я живу с ним уже почти год. Видит Бог, не очень-то приятно жить с таким человеком. Он пьет и характер у него прескверный. К тому же, он на тридцать семь лет старше меня…
Хочешь перекусить?
4
Это был один из самых лучших обедов в моей жизни. Мишель принесла с кухни две большие тарелки со спагетти и крупными кусками телятины. Потом исчезла и появилась уже с бутылкой красного вина и двумя бокалами.
Мы пообедали и она, захватив посуду, отправилась обслуживать клиентов. Время было позднее и стали уже собираться люди, жаждущие дорогих коктейлей и хорошей закуски к водке.
Я отправился к “Hammer’у”. Сев в машину я включил музыку. От нечего делать я решил обследовать салон.
Осматривать было нечего. Я открыл бардачок. Сверху лежали два журнала. “За рулем” и “][akep”. Я отложил журналы и заглянул глубже.
То, что я там увидел, удивило меня не сильно. В бардачке лежал Десерт Игл калибра пятьдесят. Я взял пистолет и вынул обойму. Семь патронов “Магнум” были на месте. Я вставил ее на место, и, поставив на предохранитель, убрал ствол обратно. Закрыл.
Пока будильник на мобильнике не возвестил о том, что уже полночь, я сидел в машине, слушал приятные, легкие работы Moby и читал найденные журналы.
Отключив сигнал, я завел двигатель и направился в «Европу».
Шеф сидел за столом и ел какое-то экзотическое блюдо, запивая коктейлем.
Он не был пьян. Он был под шефе, но не пьян.
Я сел к нему за столик.
- Доброй ночи, шеф.
- Привет, привет - ответил Романов и налил себе бокал.
- Почему вы пьете, босс - спросил я.
Он достал из пачки сигарету и закурил, посмотрев на меня. Полминуты молчания.
- Знаешь, как с ней встретились? Год назад она зашла в мою забегаловку и заказала перекусить. Это сейчас “Авиатор” модный клуб в новом здании. Тогда же это была просто маленькая кафешка. В то время я чувствовал себя более чем скверно. Был месяц, как умерла жена. Я пробовал самостоятельно готовить, но, должен признаться, кулинар из меня никакой. Мишель спросила яичницу с ветчиной. Было утро и кафе просто ломилось от посетителей. Много людей даже сейчас заходят, чтобы позавтракать перед рабочим днем. Так вот… я просто с ног сбился, пытаясь всех накормить… Вдруг Мишель каким-то образом оказалась за прилавком и принялась всех обслуживать. И тогда… короче, произошла та же история что и с тобой. Я предложил ей работу. Она проработала у меня с неделю, и я задумался. Я знал, что ей не следует жить и работать у меня одной. Посетители время от времени начали хихикать. Они решили, что произошло то, чего совсем не было. Я спросил, нравится ли ей здесь и не одиноко ли. Она ответила, что нравится. И тогда я сходу предложил ей выйти за меня замуж. Конечно, Мишель молода. И это обстоятельство сильно мучает меня. Я очень ревнив, но что я могу? Посадить ее на цепь? Мне 60 и запросы у меня не велики. Но она… Она ненасытна. Ее в жизни интересуют только две вещи: секс и деньги. Она очень любит деньги. И еще больше - секс. Я не знаю, изменяет ли она мне или нет. Но… Я очень ревную ее.
- И поэтому вы пьете?
- Ну, конечно, не только по этому… Я пью вот уже около года. С момента смерти жены… Когда я взял Мишель, наши дела пошли в гору. И сейчас, как видишь, “Авиатор” приносит огромный доход.
- Ладно, шеф, я думаю, нам пора.
- Ты как-то раз говорил, что можешь достать Кадиллак Эльдорадо?
- Ну да. Хотя конечно не в нашем городе. Здесь таких нет. Но вот в Москве, совершенно точно катаются примерно около трех эксклюзивных Эльдорадо модели 67-го года. Вас это интересует?
- Хорошо, поговорим об этом завтра, действительно, пора уже…
Глава третья.
1
На следующее утро я сидел в кабинете босса, пил кофе и курил. Хочу заметить, что я уже жил в отведенной мне комнате. Чтобы вам было понятнее, я скажу пару слов о том, что представлял собой “Авиатор”. Это было трехэтажное здание в центре Ярославля. Перед клубом стояла клумба. Вокруг нее - подъездная дорожка. Чуть левее - стоянка. Правее - гараж. Здание было как бы поделено на три части - центральную, где находилась танцплощадка, где зажигал DJ, где подавали выпивку и где находилась кухня. Две боковые части. Там располагались кабинеты начальника и обслуживающего персонала. Хотя теперь персонал составляли только я и Мишель… Там же располагалась комната, где шеф со своей женой ночевали и коморка, где жил я.
Боковые части здания, сзади чуть выступали за центральную часть и, таким образом, окна комнаты босса выходили на мои окна.
В моей комнатке была двуспальная кровать, газовая плита, мойка и душ. Все. Голые стены и паркетный пол.
- Слушай, я хочу, чтобы ты съездил в Москву и достал мне этот Кадиллак - сказал Романов, отпивая кофе.
Я поставил кружку на стол, затянулся, выпустил дым через нос и ответил:
- Без проблем, шеф. Одно но. Кадиллак - это не мое. Открыть машину для меня не составит никаких проблем. Но вот вести - другое дело. Пять раз я пытался угнать Кадиллак и пять раз меня заставала врасплох неудача. Первый раз на выезде с МКАДа у меня заглох двигатель и не мог завестись. Второй раз за мной увязалась погоня и один «мусор», бортанув меня, скинул с набережной в Москву-реку. Третий раз меня чуть не поймали на посту ДПС. Когда спросили документы на машину, я еле унес ноги. Четвертый раз…
- Я все понял, к чему ты клонишь?
- Мне нужен другой водитель. У меня есть друг, который может выполнить эту работу с блеском. Я открою машину. По замкам. Любым. Я спец. Заведу ее. Посажу его за руль. Сам сяду на пассажирское сидение, и мы отправимся в Ярославль к Лысому. Тот перебьет номера, оформит документы, и машина наша.
- Понятно.
- Мне так же понадобится ноутбук для того, чтобы с ним связаться.
- Сколько?
- $1000.
Романов встал, обошел огромный дубовый стол, снял со стены картину. За картиной был сейф. Старая модель. Только человек абсолютно не разбирающийся в замках мог купить такой сейф. Эта штука - надувательство. Его открыть проще, чем открыть дверь в собственную квартиру. Просто крутишь диск справа налево. Через несколько секунд услышишь, как сдвинулась с места первая цифра. Поворачиваешь диск обратно и начинаешь все сначала. Делать тут нечего - всего лишь ждешь, когда слабый звук подскажет, что цифра сдвинулась. Этот сейф был самым большим надувательством из всех возможных. Шесть раз повторяешь операцию, потом тянешь за дверку и открываешь ее.
Пока я думал об этом, шеф достал упругий брикет стодолларовых купюр и бросил на стол передо мной. У Романова была широкая спина, и я не разглядел, сколько денег в сейфе.
Босс хлопнул дверь сейфа - она закрывалась автоматически. Повесил картину, снова обошел стол. И сел в свое кресло.
- А почему бы вам просто не заказать себе Кадиллак, босс?
- Знаешь, я потратил уйму денег на “Hammer” и теперь не собираюсь покупать еще и Кадиллак. Как бы там ни было, я думаю, могу тебе довериться, и скажу, что когда дела пошли в гору, я.. э-э… - Николай сел в кресло - и, теперь занимаюсь некоторыми делами, связанными с угоном и легализацией. На меня работают два парня. Они угоняют по Ярославлю. Есть парень, который перебивает номера и оформляет документы. Так что, ничего страшного, если ты привезешь мне эту машину…
- Ну, тогда я пойду, шеф?
- Да-да, иди…
- До скорой встречи - сказал я, взял деньги и покинул кабинет босса.
2
Я подъехал к магазину компьютерной техники “Тензор” около трех часов дня. Припарковав «шестерку» во дворе, я зашел в магазин и направился в отдел продаж.
Приобрел ноутбук.
Сев в машину, я подсоединил к компьютеру свой мобильный через USB-порт и вышел в сеть. Зашел на страницу http://www.icq.com и скачал последнюю версию Internet-пейджера ICQ Light. Установил.
Ввел номер: 772464. Пароль: ********. Цветок стал зеленым. Загрузился контакт лист. Мой был Online. Как и всегда в это время, она проверяла почту. Я постучал.
Chat session Andrew-Barbara:
Andrew (15.21.45):
Привет.
Barbara (15.22.10):
Привет.
Andrew (15.22.13):
Ну, как оно?
Barbara (15.22.30):
Ничего, спасибо, сам-то как? Работаешь?
Andrew (15.23.00):
Да, есть тема. Работа в Москве. Эксклюзивный Кадиллак Эльдорадо 67’
Barbara (15.24.15):
Тот самый? Чего, сам не рискнешь в шестой раз?
Andrew (15.24.32):
Нет, не рискну. Поможешь?
Barbara (15.25.25):
Сегодня в 18.00 у Волковского театра. У входа.
Andrew (15.25.48):
Okay. Пока.
Barbara (15.25.51):
See you…
Я поставил статус Offline, отключился, и, выключив компьютер, положил его на заднее сиденье.
Делать было нечего. До шести было еще три часа. За это время я решил уладить кое-какие дела в городе.
Для начала заправил полный бак и канистру. Потом заехал в автосервис, где машину вымыли и подрегулировали клапана.
Было уже около пяти, и я решил подождать Варю у театра. Я припарковал машину у входа, достал ноутбук, купленный по дороге диск “Hitman: Contracts», установил игру. До шести я прошел порядка пяти уровней, когда в стекло пассажирской двери постучали ноготками.
Это была она. Я открыл дверь и Варя села.
- Привет - сказала она - давно ждешь?
На ней был соблазнительный красный топик, коротенькая джинсовая юбочка и дорогие кроссовки. Светлые волосы были распущены и легко падали на плечи. Губы накрашены кроваво-красной помадой, глаза подведены черными тенями.
Пышные груди выпирали из топика.
Она достала из сумочки банку “Pepsi Light”. Открыла. Отхлебнула.
- Да нет, около часа - ответил я.
- Когда едем?
- Ты готова?
- Аха…
- Тогда прямо сейчас.
Я завел двигатель, вывернул руль, включил заднюю передачу. Развернулся. Включил первую и рванул к Богоявленке, где свернул на Московский проспект. Миновав Кресты, мы помчались по Московскому шоссе.
3
«Шестерка» набрала скорость, и мы летели около ста пятидесяти по шоссе на Москву. Варя открыла сумку и достала синенький диск. Передала мне.
“Sprite Driver 2” - прочитал я надпись.
- Где взяла эту древность?
- Не знаю, открыла ящик, смотрю - лежит.
Я вставил диск в новую CD-магнитолу, что купил на днях. Заиграла музыка. Я пощелкал кнопкой «Вперед» до композиции номер семь. Это была песенка группы
“Ленинград” и незабвенный Шнур напевал “Мне бы в небо”. Я прибавил скорость. И, под композиции Земфиры Ромазановой, “Любаши”, “Сплина”, “Чайфа”, “Сегодня Ночью”, “МультFильмов”, “Семи Б”, “Тотала”, “Глюкозы”, “Короля и Шута”, “Танцев Минус”, “БИ-2”, “Томаса”, “Чичериной” и “Смысловых галлюцинаций”, мы добрались до Москвы.
Время было уже позднее. И мы решили, что перекусим и снимем номер в гостинце.
Я в Москве знал один достойный ресторан. И он находился недалеко от станции метро “Новослободская”. Назывался “Татьянин День”.
Мы поужинали и отправились в гостиницу. Сняли два номера.
4
Утром Варя постучала ко мне в дверь. Около полудня. Я открыл дверь и пустил ее внутрь.
Она прошла, села на кровать и сказала:
- Я все узнала. Черный Кадиллак Эльдорадо модели 1967-го года принадлежит владельцу стоянки у станции метро Автозаводская.
- Уже узнала?
- Да… Это ты любишь поспать. А я ранняя пташка… Значит так. Он оставляет машину на стоянке в 23 часа и отправляется домой - живет совсем рядом.
- Я думаю, было бы не целесообразно бить стекло. Есть возможность достать ключи?
- Есть. Он оставляет ключи охране.
- И что ты предлагаешь?
- Возьмем охрану - возьмем ключи. Все просто. Они дежурят в кабинке. Дверь обычно открыта - проветривается. Ключи от автомобиля находятся у старшего охранника. Я предлагаю закрыть дверь, пустить газ. Затем взять ключи и смыться.
- Пустить газ.
- Да… Паралитический. Сверлим отверстие (кабинка герметична). Пускаем шланг. Все. Дело в шляпе.
- Звучит интересно. Никогда не слышал, чтобы грабили стоянку, пустив паралитический газ…
- Отлично. Надо будет заехать в магазин - купить дрель и шланг. Газ мне обещал достать наш московский друг.
- Хорошо. Как ты смотришь, чтобы для начала перекусить в “Татьянином дне”?
- Как я могу на это смотреть? Положительно, конечно…
5
Мы сидели в ресторане и ели пиццу запивая чертовски холодным пивом. Ели молча, время от времени поглядывая друг на друга. Когда весь ленч был съеден, Варя спросила меня, что я думаю насчет этого дела. Последний раз я занимался угоном прошлым летом. За три месяца, что были отпущены нам между первым и вторым курсом, я угнал порядка тридцати автомобилей.
Я ответил ей, что боюсь. Эта машина всегда пугала меня. И ни разу я не сумел такую толком угнать. Она попыталась меня успокоить.
После ресторана мы заехали в магазин хозтоваров и купили беспроводную дрель “Bosh”. А так же шланг.
Потом Варя взяла машину и уехала к Белову за болончиком.
Евгений Сергеевич Белов - отставной капитан ФСБ. Отец Вари, когда они жили в Москве… Продолжение »